«Служебный роман. Наше время», 2011

628
нет комментариев
wpid-slroman.jpg

По мотивам одноимённых пьесы и фильма Эльдара Рязанова
Режиссёр: Сарик Андреасян
Сценарий: Николай Ковбас, Сарик Андреасян, Владимир Зеленский
Композитор: Dr. Tash
В ролях: Светлана Ходченкова (мымра), Владимир Зеленский (Новосельцев), Марат Башаров (Самохвалов), Анастасия Заворотнюк (Рыжова), Павел Воля (Верочка-Вадик), Иван Охлобыстин (камео) и другие

Последнее, на что хотелось бы тратить своё и читательское время в этом обзоре, так это на стенания по поводу засилья римейков, постигшего теперь и нас. Потому что снявши голову по волосам не плачут, мы обрекли себя на вот это, когда обеспечивали своими деньгами пятидесятимиллионные сборы бекмамбетовско-эрнстовской «Иронии судьбы 2». С тех пор, как говорится, стало только хуже. Режиссёры, операторы и сценаристы, за плечами которых лишь полтора малобюджетных фильма, и продюсеры, за плечами которых вообще ничего, кроме случайно свалившихся им в карман спонсорских денег, начинают жизнь своего проекта с того, что принимаются разбрасываться в пресс-релизах фразами про «небоскрёбы Дубаи» и лозунгами вроде «Они знают, чего хотят. Они хотят Вам понравиться».

2В процессе дальнейшего прикрытия варежки и неминуемого урезания леща продюсеров переквалифицируют в сценаристы, актёров тоже переквалифицируют в сценаристы, Дубаи переквалифицируют сперва в Шарм аль-Шейх, а потом и вовсе в Хургаду, «фильм на основе» ужимается в трёхминутное интро, бедный же оператор с «редваном» под мышкой работает за всю площадку, делая «красиво». Потому что когда вместо Алисы Фрейндлих в кадре дефилирует сериальная актриса Светлана Ходченкова, чья фильмография на большом экране ограничивается трешевыми комедиями вроде «Любови в большом городе» — кроме как на оператора уже и надежд никаких нет.

Нет, Ходченкова и Зеленский на площадке стараются, как могут. А могут они — копировать оригинал там, где сцены в точности с него слизаны (есть такой жанр студенческих этюдов — «копия»), и по возможности помалкивать там, где начинается отсебятина.

Поскольку уж совсем копировать один в один продюсерам, случайно раздобывшим права на римейк, видимо, не позволяли остатки профессиональной гордости (а речуга Охлобыстина про «акул бизнеса» за полноценную новеллу явно не канает), то по итогам мозгового штурма пятеро квази-сценаристов таки скреативили к классической истории новый конец под девизом «в наше время прежний финал невозможен». И понеслась.

Поперёк кроя полезли заплатки вроде вставных мотогонок с флешками и без, эротических танцев на столах, полностью растворился в небытие персонаж Немоляевой, наконец, был полностью подменён главный конфликт второй половины фильма. Причём авторы сами поняли, какую глупость сморозили, поскольку вставлять всё ту же «копию» оригинального финала их уж точно никто за язык не тянул. Разница, как говорится, на лице.

2И пусть бы эту всю самодеятельность под вылизанную цифровую картинку и отчаянные попытки изобразить какой-никакой альтернативный саундтрек (композитора Петрова не переиграть банально-иллюстративными баянами вроде вусмерть заезженного Джеймса Бланта и его “You’re Beautiful”), если бы это было бы хотя бы смешно. Или хотя бы цельно. Или в этом была бы хоть какая-то самоценная новизна.

Нету. Стоит заиграть знакомой мелодии, или стоит мелькнуть какой-нибудь ну совсем уж точной «копии», или кому-то из актёров попасть в интонацию Мягкова или Басилашвили, всё тут же становится на свои места. Есть оригинал, а есть «небоскрёбы Дубаи». В частности, поэтому и не смешно, шутка в пересказе Рабиновича не может быть смешнее, чем в исполнении Карузо, а кто помнит, рязановский «Служебный роман» вовсе не гомерически смешон, он скорее грустен.

В итоге на весь римейк — ровно полторы свежих шутки, над которыми хотя бы хмыкнешь (ну, и ещё другой способ обыграть шутку про «сухая-мокрая»), над старыми шутками уже скорее плачешь, а уж ускоренное развитие событий, смешивающее в кучу перипетии взаимоотношений главгероев, выкинутые за ненадобностью второстепенные сюжетные линии и связанные с ними шутки — всё это и вовсе убивает идею на корню. Из оригинального материала внезапно хорош только Павел Воля, особенно учитывая сюжетный твист в финале.

Так исполнитель второстепенной в общем роли, причём самый одиозный из всех, сумел на голом актёрском таланте заткнуть за пояс всех остальных, включая злополучный коллектив сценаристов. Вот Верочка-Вадик со всеми его шмотками-футболками-эскизами-мобилами-шоколадками и собеседником на той стороне трубки оказывается глубже, точнее и смешнее всего остального кордебалета. В то время как внезапный любимец незнакомых женщин Новосельцев и двухметровая фотомодель Калугина рассыпаются на глазах, даже не делая вид, что здесь слышали про Станиславского хотя бы в его голливудском изводе.

2В итоге, благодаря стараниям оператора и монтажёров, смотреть это всё не так уж противно, даже несмотря на засилье продакт-плейсмента. И весь праведный народный гнев скорее относится к общей идее римейкизации и прочего «раскрашивания» советской классики. Это таки можно смотреть, пусть и морщась. Но смысл? Мирно поспать можно и дома, причём забесплатно. Павел Воля всё-таки не настолько самородок, чтобы на его бенефис ходить специально. А сборники советских саундтреков нынче есть на любом завалящем торренте.
«КиноКадр»

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите здесь что бы сообщить нам.

Оставте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Так же по теме

Сегодня на Полтавщине попрощаются с погибшим воином Андреем Корной

Сегодня, в 12:00, в городе Хорол  состоится прощание